Ретроскоп. Часть вторая. Проблемы агентов



Глава 3


          Если мы примем как данность, что воздействие на сознание агентов возможно, то должны принять и факт возможности изменения прошлого. Влияние будет оказано косвенным путем, но это не должно нас успокаивать. Неизвестно, как давно мы вольно или невольно искажаем события ушедших тысячелетий. Кто начал первым? Каковы масштабы и какими будут последствия? Одна мысль, вложенная в голову агенту и принятая им как руководство к действию, может произвести не меньше изменений в Древнем мире (следовательно, и в современном тоже), чем если бы кто-то попросту своего агента убил. Допустим, мы внушим Юлию Цезарю не переходить Рубикон; Колумбу — что не стоит искать новый морской путь в Индию; Вильгельма Завоевателя убедим ничего не завоевывать. И что мы получим уже через несколько сотен лет после любого подобного эксперимента? Другой мир. Другую историю планеты Земля. А нашего сегодняшнего мира, возможно, не будет вовсе.

          Статья на сайте «Кронос» в Галактической информационной сети «Глобал». Автор не идентифицируется.


          У Стейбуса оставалось достаточно времени до встречи с Агиляром, поэтому он не стал спешить, снова вошел в «Глобал», но уже не через ретроскоп, и спустя минуту бродил по страницам «Ретродрома». Почти сразу он нашел то, что искал.

          Хронотрансформер. Нечто новое в ретроскопии!

          Устал прыгать от агента к агенту? Напрягает бесконечное составление алгоритмов перехода? Забудь об этом! Не стоит тратить время, дожидаясь, пока твой агент сделает то, чего ты хочешь. Не стоит менять агентов в поисках того человека, который тебе нужен. Зачем охотиться за событием, которое ты мечтаешь пережить?

          Обратись к нам! Мы не ждем, пока произойдет то-то и то-то. Мы сами создаем желаемые события. Если тебе нужна любовь, значит, будет любовь. Если нужна война — да будет война!!!

          Перевоспитай своего агента с нашей помощью. Преврати застенчивого тихоню в неотразимого любовника! Преврати труса в славного воина! Мы поможем тебе в этом.

          Обращайся прямо сейчас!

          Так вот, значит, до чего дошло, устало подумал Стейбус. Агиляр прав — надо чаще заглядывать на «Ретродром». И внимательнее просматривать засунутые в дальний угол страницы.

          Хронотрансформация! То, чего все так боялись, о чем спорили, сто раз проверили, и наконец убедили себя, что подобного никак не может произойти.

          А нелегалы рекламируют комплексное силовое воздействие на психику агентов почти в открытую. Масштабы поражали. На просторах «Ретродрома» подобные услуги предлагались настолько широко, что оставалось лишь гадать о числе пользователей. На других нелегальных сайтах в аналогичных предложениях также не было недостатка. Всего различные варианты хронотрансформации применяли три десятка независимых групп и около двухсот проводников-одиночек.

          Просмотрев статистику, Стейбус вздохнул было с облегчением — число повторных обращений пользователей стабильно уменьшалось в течение последних трех месяцев. «Ага, не пошел бизнес, — подумал он не без злорадства. — Не так-то просто оказалось делать зомби из людей былых эпох?» Но, пробежавшись еще раз по страницам, осознал причину спада коммерческой деятельности: просто соответствующее программное обеспечение стало общедоступно, и на многих сайтах предлагалось уже бесплатно.

          «Модификатор Е-400» — изменение психотипа личности.

          Суггестор «Атака», версии с первой по седьмую.

          «Инь-Ян баланс» — сравнительно новая программа, с помощью которой ничего не стоило раскачать психику, усилить какое-то одно качество, подавив все остальные.

          «Доминанта» — то же самое.

          «Пси-агрессор» — облегченный и крайне опасный вариант «Атаки».

          И так далее, и так далее…

          Все эти программы для жесткого внушения ударного типа, некогда запрещенные законами Империи и Содружества, теперь в открытую выкладывались на «Ретродроме». Запрет давно сняли, поскольку для применения в реальном мире в придачу к ним необходимо сложное оборудование, которое само по себе находилось под запретом. Легально его использовали только в спецклиниках Департамента исправительных учреждений — в особых случаях, обрабатывая преступников с тяжелыми расстройствами психики, которые не могли или не хотели добровольно снимать личную пси-защиту для последующего лечения. В нормальных же условиях и с разрешенной техникой программы оставались достаточно безобидными — в настоящее время для защиты от любой из них и всех вместе взятых достаточно экрана, который каждому гражданину Империи ставят сразу после рождения.

          Но у людей из прошлого никаких экранов нет.

          Для применения «Атаки» или «Доминанты» против них довольно ретроскопа и обычного трансцессора. Нужно лишь слегка их модифицировать…

          Стейбус в меру своих знаний прикинул, возможно ли это. Ответ был — да, возможно. И ни к чему даже «Игрек» подпольной сборки, соответствующий по параметрам ретроскопу класса «Икс». Хватит и обычного средненького ретроскопа, которые продаются сейчас в любом маркете.

          — Или я идиот, или мы на пороге конца света, — пробормотал он. — Почему власти не принимают меры? Не знают? Глупости! Должны знать… О чем думают в Академии Времени? Куда смотрит Коллегия Мастеров? Они что, не понимают, к чему идет?

          Да нет, скорее всего понимают. Но это еще хуже. Тогда их бездействие объясняется тем, что просто невозможно ничего предпринять. По крайней мере — быстро.

          Нужны новые законопроекты, которые бы заново запретили использование устаревших, но вновь ставших грозным оружием программ. До принятия законов «Ретродром» сможет предлагать их вполне легально.

          Как замечательно! Нелегальный портал предлагает легальные программы, которые в пространстве ретроскопа будут похуже, чем ядерное оружие.

          Но ведь современная Империя совсем не то что старая. Сейчас не период Нового Расцвета, когда Император был реальным правителем, а не фигурой для представительства. Как-никак при конституционной монархии живем. И каждый гражданин Империи сегодня имеет право… Гражданин Империи — нонсенс! Логично было бы сказать — подданный. Подданным можно велеть прекратить, раскаяться и заткнуться, а вот гражданам уже требуется законное обоснование действий властей.

          Быстро переодевшись в серые с черным рубашку и брюки, которые он всегда использовал для вылазок в объединенные кварталы, Стейбус вышел из дому и вывел из бокса свой икар. К черту конспирацию! Если полиция накроет Агиляра, то тем лучше. Одним нелегалом станет меньше, пускай его зажарят в аду. Сейчас Стейбуса ничуть не смущало, что при таком развитии событий достанется и ему самому. К черту все! Миллионы путешественников во времени на текущий момент заняты тем, что провоцируют своих агентов на совершение несвойственных им поступков, могущих изменить глобальную хронологическую матрицу. Жаль, что встреча назначена не с Блэкбэдом — тогда он сам связался бы с полицией Сестрории. Или даже пошел в ад — лишь бы и Блэк там оказался.

          Лессика жила своей повседневной беспокойной жизнью. Вогнав икар в приемник шестого уровня квартала С-2 словно меч в ножны, он быстро прошел к главному восточному туннелю. По обе стороны от транспортного коридора располагались полуоткрытые площадки, где размещались столики элитных кафе — элитных не только по меркам объединенных кварталов. Их посещали и жители мегабилдингов, и даже владельцы частных особняков, расположенных в зеленых зонах города.

          Кафе у внешних арок транспортных туннелей были единственными в столице, где требовалось платить просто за вход, поскольку их для того и посещали, чтобы насладиться зрелищным, щекочущим нервы аттракционом — десятки частных и общественных икаров, сверкая габаритными и сигнальными огнями, шли на таран Лессики по обе стороны от стационарной транспортной линии — по крайней мере, так это выглядело со стороны. Казалось, что любая из аэромашин может вот-вот врезаться во внешнюю стену объединенного квартала или прямо в площадку кафе; в последнюю секунду они сворачивали и скрывались в туннеле на скорости от ста до трехсот километров в час. Зрелище особенно замечательно выглядело ночью, но производило впечатление и днем, причем настолько сильное, что владельцев кафе обязывали иметь на входе предупреждающие вывески: «Посещение данного заведения нежелательно для беременных женщин, людей со слабой психикой и страдающих заболеваниями сердца». Стоя под такой вывеской, Стейбуса и дожидался Агиляр.

          — Зайдем? — предложил он.

          — Ты же хотел на нижние этажи, — возразил Покс.

          — В общем-то, не имеет особого значения, — отмахнулся Агиляр. — Знаешь, у меня теперь бизнес здесь, на шестом уровне. Легальный, хоть и оформлен на подставное лицо. Я неплохо зарабатывал в последнее время…

          — Что за бизнес?

          — Ретросалон, что же еще? Двадцать ретроскопов — для начала. Каждый стоит в отдельной кабинке. Скоро буду расширять, от клиентов отбою нет.

          — Верю на слово. Ну и программки, конечно…

          — Ничего подобного. Здесь у меня все чисто. Только законная деятельность. Да и обычные посетители у меня — коренные жители Лессики, и денег у них кот наплакал.

          — А с каких пор занимаешься хронотрансформацией? — в лоб спросил Стейбус.

          Агиляр воззрился на него с изумлением.

          — Ты что, совсем сбрендил после сегодняшнего? Я же просто так, просто показал тебе… Зачем мне это? Я что — ссыкун какой-нибудь? Как ни крути — хрон-магистр. Так мы зайдем или нет?

          — Ладно. — Стейбус первым вошел в кафе, сел за столик подальше от транспортного коридора и включил зону конфиденциальности.

          Дождавшись, пока официант подаст заказ и уйдет, Агиляр сказал:

          — Я не думал, что шутка с монахом на тебя так здорово подействует. Блэкбэд попросил пояснить тебе все на счет изгнания бесов, когда спросишь. Ну, я и… С чего ты взял, что я стану тратить время на такую херню, как хронотрансформация?

          — Это совсем не херня, если ты хоть что-то понимаешь, — сказал Стейбус.

          — Погоди-ка, погоди, — лицо Агиляра прояснилось. — Ты что, после нашего расставания заходил на «Ретродром»?

          Стейбус кивнул.

          — По-о-онятно, — протянул Агиляр. — Но тогда ты видел же, что начинания всех этих «трансформеров» и «модификаторов» медленно и верно засыхают на корню? Зачем же я буду встревать в заведомо гиблое дело?

          — Слушай, скажи мне… Только честно. — Стейбус пытливо взглянул собеседнику в глаза, и не мог не признать, что Агиляр смотрит на него так же открыто. — Скажи только одно, и больше можешь ничего не говорить; я встану и уйду, и мы больше никогда не увидимся. Я хочу знать: Синдикат приложил руку к извлечению из мусорной кучи «Глобала» этих программ? К адаптации «Атаки» и прочего психотронного хлама для ртроскопа?

          Агиляр бросил вилку на стол и отвалился на спинку кресла.

          — Ну ты даешь, доктор! Вроде, знаешь нас достаточно давно. И мог подумать, что Синдикат станет заниматься подобными делами? Мы с серьезным программным обеспечением работаем.

          — «Пси-агрессор» против людей из прошлого — это очень серьезно.

          — И «Пси-агрессор», и «Доминанта», и «Атака» — это лишь программные присадки к психотронному оружию или специализированному медицинскому оборудованию, — сказал Агиляр. — Им тысяча лет, они всем известны, и любой толковый программер сможет перекроить их под ретроскоп даже не вспотев. Все временщики так и поступают — самостоятельно. Ты не специалист, но сразу понял ведь, что к чему? Ретроскоп служит для перемещения сознания клиента и проектирования его образа в сознание агента. Трансцессор работает как усилитель. Тут и менять почти ничего не нужно. Единственное, что подвергается переработке, так это оптимизатор, которым пользуется путешественник. Его необходимо переписать, заставить работать в обе стороны, что и обеспечит возможность контакта с личностью агента. А потом настраивают трансцессор для работы с усовершенствованной программой, для чего на ретроскоп устанавливают дополнительный пси-проектор вдобавок к основному. Теперь трансцессор станет проецировать в сознание агента отдельный виртуальный образ оптимизатора, что и даст человеку из прошлого способность усваивать кое-какие мыслеобразы путешественника, хотя сам он по прежнему ни о чем не подозревает. Качество передачи равно пятнадцати – двадцати пяти по тысячебалльной шкале Дендайма, но тут ничего не сделать. А дальше можно использовать что угодно, хоть и «Атаку»… Я не знаю, кому из ретродромовцев пришла в голову идея сделать на этом деньги, но ты сам видел, что получилось. Они смогли на несколько месяцев заинтересовать самых зеленых, неопытных пользователей и что-то нарубили на продажах и сервисе — потом все начало глохнуть. И они выложили программы бесплатно. Потому что последний ссыкун понимает: ему выгоднее использовать старый добрый копиринг, чем отстегивать свои кровные.

          — Что за зверь — копиринг?

          — А ты не знаешь? — удивился Агиляр. — А туда же — сразу обвинять Синдикат. Копиринг — это такая штука, что в среде ретроскопа он будет опаснее «Пси-агрессора» с «Доминантой», хотя его впервые изобрел тупой и никуда не годный новичок без имплантатов и способностей сенситива. Это не программа — он не может устареть и его нельзя внести в «черный список», для него не нужно никаких приспособлений. Копиринг есть просто способ воздействия на человека из прошлого, и его нельзя запретить никак иначе, как только запретив ретроскопию вообще, поскольку для копиринга используется лишь сам ретроскоп — в готовом виде, из магазина.

          Агиляр сделал паузу, оценивая, какое действие произвели на Стейбуса его слова.

          — Готов слушать? — спросил он.

          — Еще как. Валяй.

          — Рассказ будет долгим. Но сначала скажу, что, согласно статистике, в одной только Сестрории сейчас продается четыре миллиона ретроскопов в год. По Алитее в целом — сто двадцать миллионов, а это значит, что ретроскоп стоит в каждой второй квартире. Тот, кто не может позволить себе покупку, имеет доступ к ретроскопам в частных клубах мегабилдингов и объединенных кварталов. По популярности в плане развлечений с ним соперничают лишь художественные пси-постановки, причем половина из них представляют собой переработку хроник, добытых, опять же, при помощи ретроскопии.

          Посмотри хотя бы на жителей Лессики. Служащие без категории с минимальной зарплатой и бесконечной рабочей неделей. Для них одна отрада — завалиться после работы домой или в ретросалон, уйти в прошлое и поискать острых ощущений. На мозговые имплантаты у них денег нет, услуги проводников они могут оплачивать через раз, а способности у большинства из них таковы, что переход от агента к агенту для этих людей труден, если вообще возможен. Согласись, так путешествовать достаточно тоскливо. Если они случайно находят хорошего агента или попадается стоящее событие, вроде ночки любви с красоткой из прошлого, то это только разжигает аппетит. И вот кому-то приходит в голову, что неплохо бы повлиять на ту агентуру, которая уже доступна — чтоб вела себя поживее… Тебе или мне сложно такое понять, но поставь себя на их место. Мы с тобой можем ходить где угодно, нас тянут все новые и новые эпохи, новые люди, а им из всего ретропространства доступен лишь маленький кусочек, содержание которого обычно не намного богаче, чем их настоящая жизнь.

          И вот этот кто-то — имя его история не сохранила — изобретает копиринг. Заметь себе, изобретатель не был гением. Как временщик он был ничтожеством. Но — упорным ничтожеством. И что же он делает? Он в меру своих сил осваивает любую доступную технику внушения, откапывает где-то «Доминанту», настраивает ее по своему вкусу — ну, к примеру, на подавление любых мыслей, кроме мыслей сексуального характера. Пытается воздействовать с помощью этого коктейля на своего агента, однако эффект очень слаб. В лучшем случае агенту придет в голову, что вон с той девушкой было бы неплохо переспать, но подойти он к ней не отважится. Для того, чтобы характер человека из прошлого изменился, требуется нечто большее… Изобретатель не способен найти другого агента, однако по жизни своего собственного перемещается свободно — такое доступно любому. И, естественно, он может без конца возвращаться к нему на последующих сеансах. Тогда изобретатель принимает пародоксальное решение — он кодирует при помощи «Доминанты» самого себя. Чувствуешь? Он знает код собственного экрана, следовательно, ему не нужно никакое оборудование — всю операцию можно провернуть с помощью домашнего ИРа. Это не противозаконно, поскольку преступлением считается лишь вторжение в чужую психику, а не в свою собственную…

          Потом он выбирает нужный момент в жизни агента. Скажем, когда тот находится в состоянии алкогольного опьянения. Делает заход в прошлое, воздействует на него с помощью внушения и фиксирует хронокоординаты. Возвращается в свое время, настраивает ретроскоп на бесконечное повторение цикла и начинает совершать визиты в одну и ту же точку прошлого. Теперь ответь: сколько сознаний-копий окажется в прошлом после тысячи визитов?

          — Тысяча, — сказал Стейбус. — Но толку-то. Физически личность клиента все равно одна, и тысяча одинаковых копий не смогут установить контакт между собой или наладить какое-то общение. Они даже не почувствуют друг друга.

          — А ты мог бы установить контакт с ними?

          — Мог бы, — уверенно ответил Стейбус. — С любой из них или со всеми вместе, что в нашем случае одно и то же. Как отреагирует одна, так отреагирует и другая. Я не увижу между ними разницы и не буду знать, что их тысяча.

          Агиляр довольно хихикнул.

          — Ты был бы прав, если бы наш гений-недоучка сразу создал все копии. Но он всякий раз возвращался в свое время. Число безопасных вхождений равняется десяти в сутки. На создание тысячи копий у него уйдет сто суток. Подумай, изменится ли человек за это время.

          Стейбус онемел.

          — Согласись, что его психика как-то изменится под влиянием внешних факторов и между двумя переходами в один и тот же день, — сказал Агиляр. — Следовательно, ты должен признать, что в сознании агента окажется тысяча разных сознаний — с минимальными отличиями, но все знают технику внушения и все одержимы жаждой секса благодаря «Доминанте».

          — Погоди… Погоди, они все равно не смогут контактировать друг с другом!

          — Почему? — спросил Агиляр.

          Стейбус помолчал, подумал, но ничего не сказал. Действительно, а почему не смогут? Агиляр прав — такие вещи не очень-то воспринимаются, если ты привык путешествовать по разным эпохам и сменил сотни агентов. Да что там — иногда сотню за день меняешь…

          — Хорошо, — кивнул он, — продолжай!

          — А что тут продолжать? Тысяча личностей изобретателя копиринга смогут-таки осознавать свою индивидуальность и общаться между собой, используя свои минимальные отличия в качестве разделителя, но они не станут, поскольку раскалены «Доминантой» добела, хотят секса, и единственная их цель — заставить человека из прошлого делать то, что им хочется. А поскольку без своего реального прототипа копии недееспособны, им понадобится координатор. Тот, кто станет командовать армией. И это опять наш гений — он отключает «Доминанту» при помощи домашнего ИРа (да он каждый день после сеанса должен так делать, иначе сойдет с ума или изнурит себя онанизмом), потом отдыхает, приходит в норму и переходит в прошлое в обычном состоянии сознания. Устанавливает контакт — легко, ведь все его копии очень похожи, как ты справедливо заметил. Потом дает сигнал к пси-атаке. А тысяча нормалов, овладевших самой простой техникой внушения и действующих сообща, превзойдут и сенситива первого класса, и любого имплантера.

          Стейбус молча ковырял вилкой в своей тарелке.

          — Способ не мог не стать широко известен среди новичков, — сказал Агиляр. — Изобретателю не терпелось поделиться своим успехом… Теперь ты понял, кем был третий путешественник рядом с тобой и ретропсихологом на сеансе изгнания бесов? Думаю, бедняга-агент и свихнулся благодаря его усилиям. Адепты копиринга ничего ведь толком не умеют. Он настраивал того израильтянина на какие-то действия — на агрессию, скажем, или на тот же секс, и психика не выдержала. Агент сошел с ума, путешественник оказался заблокирован в его сознании. Возможно, здесь, в нашем времени, он уже был при смерти, когда ты на него там наткнулся. Дошло теперь, почему я не занимаюсь ретротрансформацией, и мне этот бизнес просто противен? Дошло, почему никто из Синдиката ею не занимается? Нам эта грязь не ко двору… На «Ретродроме» не клиент, а проводник выступает в роли координатора, понимаешь? Они на технику безопасности забили, делают с личности к ним обратившегося по шестьдесят копий в сутки и больше; а если проводник потом бросит новичка, так у него, одурманенного «Инь-Ян балансом» или «Доминантой», вообще нет шансов выбраться из прошлого. Те пользователи, что поумнее, предпочитают обходиться сами. Ну, и не все из них новички, конечно. Ты видел сегодня, что я делал с монахом. Теперь представь, что меня было бы там десять или сто. Клянусь, святой отец помчался бы галопом по пустыне до ближайшего селения с проституткой. А попадись на его пути верблюд — то и не добежал бы.

          Официант, проходивший по залу, с подозрением покосился на их столик. Они сидели уже около часа, почти ничего не съели из того, что заказали, только разговаривали. Стейбус хотел для отвода глаз попросить принести кофе, но потом решил не обращать внимания.

          — Почему власти ничего не предпринимают? — спросил он.

          — А что они могут? — удивился Агиляр. — Изучение силовых методов внушения законом не запрещено. Изучай на здоровье. Может, ты научный доклад готовишь… Подвергать себя воздействию «Инь-Ян баланса» и любых других модификаторов сознания можно — это всего лишь не рекомендуется Департаментом здравоохранения. В качестве усилителей используются трансцессоры. И что делать — трансцессоры запретить? Это же не психотронные пушки тебе! Это нормальный бытовой прибор.

          — Но на официальных сайтах даже нет упоминаний о самом существовании проблемы!

          — С год назад, когда все началось, было долгое обсуждение на форуме «Правосудия». Но потом его прикрыли, справедливо рассудив, что любое упоминание копиринга служит ему лишь рекламой, и ничем больше. Теперь дают по шапке всем, кто осмеливается выложить в «Глобале» материалы по теме. Взялись за это дело настолько рьяно, что даже «Ретродром» не рискует разводить болтовню. Стратегия, как видишь, дала результат — сам-то ты не слышал же о копиринге до нашего разговора? Способ медленно распространяется лишь благодаря устной традиции, а парламентарии с Коллегией между тем решают, как разбить кувшин, не пролив при этом молока.

          И наша Академия молчит все по той же причине, подумал Стейбус. Ясно… Психотроника разрабатывала приборы, с помощью которых можно в тысячи раз усилить излучение мозга отдельного человека; кому могло примерещиться, что тысяча человек, объединившись, способны использовать в качестве психотронного излучателя обычный трансцессор? Такое невозможно представить в реальной жизни. Ведь тогда тысяча индивидов должна действовать как единое сознание!

          А в прошлом — возможно. Копии одной и той же личности внутри чужой психики…

          Покс представил, в каком затруднении находится сейчас Законодательное собрание. «Давайте, ребята, с завтрашнего дня строго запретим производство и использование шнурков для ботинок. При известной сноровке ими можно задушить человека. Конечно, убийца сможет совершить злодеяние со всеми удобствами только при условии, что не потеряет ботинки по пути к месту преступления. В противном случае ему придется ходить босиком… Также нам необходимо принять во внимание, что некий мерзавец захочет задушить шнурками своего предка в четыреста пятьдесят девятом поколении. Несущественно, что предок уже умер десять тысяч лет назад, а его могила вместе с планетой, на которой он похоронен, исчезла в недрах Хаоса. Главное для нас — закон и порядок».

          Да ведь трансцессоры и остальная пси-техника — не шнурки. Шнурки запретить намного проще, заставив граждан носить туфли с замочком сбоку. А трансцессоры…

          — Хорошо, — невесело вздохнул Стейбус. — А что насчет изгнания бесов?

          — Темная история, — ответил Агиляр. — Об инертах, с которыми ты столкнулся, сам Блэкбэд ничего определенного не говорит.

          — Шутишь? — саркастически заметил Стейбус. — Ваш великий Блэк может перед чем-то спасовать?

          — Зря насмехаешься. Блэкбэд знает о времени и его свойствах больше, чем вся ваша Академия вместе с филиалами. Но инерты — особое явление. В среде временщиков ходят слухи, что кто-то объявил войну поклонникам копиринга. А заодно и всем путешественникам, которые так или иначе изменяют прошлое. Они не очень-то разбираются, кто и по каким причинам оказывает воздействие на агентов. Просто вышвыривают к чертовой бабушке. А могут и убить.

          — Не понял — что, инертами руководят тоже путешественники? Отсюда, из нашего времени?

          — Я же сказал — не знаю. Говорят, на Алитее существует некая секта, исповедующая религию, замешанную на псевдонауке и парапсихологии. Те, кто с ними не сталкивался, утверждают, что это вранье. Некоторые считают, что инерты являются неотъемлемой частью прошлого и к нам не имеют никакого отношения. Просто жили такие люди… Сторонники последней теории не уточняют, откуда тогда инерты могли знать события будущего. Я вдоволь пошлялся по древнему Израилю, и могу точно сказать, что и Моисей, и все ветхозаветные пророки были инертами. И будущее они видели достаточно хорошо. Ну, Иисус Христос, конечно, тоже. Я разок налетел на него, когда подселился в сознание одной тамошней шлюхи по имени Мария. Девка была просто зашибись, трахалась направо и налево. Пользовалась большой популярностью у путешественников, в основном у женщин, которым в реальной жизни недостает секса и хочется чего-нибудь пожестче. На ней постоянно висели шестеро из нашего времени — пять баб и один мужик; я решил подключиться к их теплой компании. Марию, видно, мучили определенные сомнения относительно своего душевного здравия. Трудно ничего не заметить, когда в твоем сознании постоянно тусуются три сенситива первого класса и четверо имплантеров, оснащенных всем, чем только можно — синхронизаторами, трансцессорами, а я еще и «Вавилоном». Девчонка пошла к Иисусу. Не стоит и рассказывать, что случилось потом — ты это сам пережил. Повышибало нас обратно в свое время, а одна путешественница, как я потом узнал, отправилась прямиком на Восстановление. Я через неделю попробовал вернуться к Марии — хрена с два, ничего не вышло. Самое удивительное, что я вообще не смог в нее попасть — в период времени до момента изгнания — тоже. Это вообще невероятно. По идее-то должен был. Ну, я плюнул, пошел гулять дальше, побывал на Лесбосе в гостях у Сафо, а потом добрался до своих амазонок.

          — Так тебе не только нравится быть женщиной, но ты еще и склонен к лесбийской любви? — спросил Стейбус. — Необычно для парня с твоей внешностью. Достаточно мужественно выглядишь. Манеры только — немного того…

          — Причем тут внешность? — перебил Агиляр. — Главное то, что внутри. Видишь — мне все равно, что ты это знаешь обо мне. А больше почти никто не знает. Блэк, да несколько друзей-подружек. Прошлое — оно все покрывает.

          — Я сомневаюсь, — задумчиво проговорил Стейбус. — Очень сомневаюсь, особенно после того, что ты мне тут рассказал. — Ему казалось, что Агиляр, будучи полностью искренним на протяжении всего разговора, поведал об инертах далеко не все, что знал, но он решил не заострять на этом внимание. — Слушай, не откажи в любезности? Кидай мне иногда на почту свои координаты, чтобы я мог найти тебя в прошлом. Это ведь безопасно. И Блэкбэду сообщи, что я с ним не прочь побеседовать.

          — Ладно, встретимся. Решил полностью перенять обычаи нелегалов? Блэку сообщать необходимости нет. Держу пари, что он уже знает о твоем желании.

          — Не в ваших обычаях дело. Просто я хочу провести небольшое частное расследование. И мне может потребоваться консультация.

          Агиляр с сожалением посмотрел на Покса.

          — Занимался бы ты своим Темным периодом, а? Не суйся к инертам. Ты же видел, какие они. Если это путешественники из нашего времени, то круче них я не встречал. Даже Блэк их избегает. Сказал мне, чтобы я держался подальше, и что позже он мне о них расскажет — и все. Но ясно же — опасные ребята. Прихлопнут они тебя, если станешь надоедать.

          — А я издали… На цыпочках. И кто сказал тебе, что я забыл о Темном периоде? Он и есть основная цель. Я очень хочу знать, отчего он наступил. Теперь во мне крепнет подозрение, что он мог наступить от того, что мы меняем прошлое… И еще я хочу знать, откуда взялся Хаос.