Что такое многополярный мир


          Идея многополярного мира, как альтернативы однополярному, контролируемому США, ныне активно продвигается многими политиками, в частности Путиным. Продвигается так настойчиво и раскрашивается в такие привлекательные цвета, что люди всерьез начинают думать, что и сама идея хороша, и жить в таком мире будет хорошо.

          Кому-то, несомненно, будет. Вопрос только — кому. Могу сказать сразу — не медсестре из Саратова, не рабочему с Урала и даже не мелко-среднему московскому предпринимателю.

          А также не врачу из Пекина, не бразильскому сельхозрабочему и не европейскому фермеру.

          По-настоящему хорошо будет тем, кому хорошо и теперь. Точнее — тем из «тех», кто уцелеет в процессе нового мирового передела.

          Что мы имеем сейчас, откуда наши проблемы и почему мир на глазах превращается в ад?

          Мы имеем глобальную экономику и гегемонию США. Зачем гегемония? Чтобы следить за порядком и окунать в дерьмо любого, кого порядок не устраивает. Порядок же на текущий момент состоит в том, чтобы кормить Америку, ничего за это не получая взамен. Изначально план был другой, но кто старое помянет, тому глаз вон.

          В многополярном мире мы будем иметь несколько региональных экономик с несколькими региональными гегемонами, враждующими за первенство между собой и окунающими в дерьмо друг друга и всех несогласных с порядками в регионах. Сейчас глашатаи многополярности обещают, что такого никак не случится, что внутри региональных экономик все будет по справедливости, что никого не обидят, а разные регионы будут сотрудничать между собой исключительно к общей выгоде, на прочном фундаменте взаимного уважения.

          Ага, ждите. Когда нынешнюю глобальную экономику только собирались строить, тоже много чего обещали.

          Хороший погонщик знает — надо повесить аппетитную охапку сена перед носом осла, чтобы он бежал, куда следует. И вез хозяина. В конце дня животному даже дадут пожрать. А наутро все начнется по новой. И у осла никогда не появится возможности сравнить свой ужин с ужином хозяина. Вряд ли появится и желание. Ну, потому, что он осел просто.

          Но люди-то не ослы — или я ошибаюсь?

          Можете не отвечать сразу, вопрос на самом деле сложный.

          Лучше давайте проведем научный эксперимент. Для начала разыщем где-нибудь дождевого червяка потолще и подлиннее. Потом возьмем лопату и разрубим нашего червяка пополам. Ему будет дико больно, но если повезет, то он не сдохнет, и две отчаянно извивающиеся половинки в конце концов зарастят ранки, превратившись в двух полноценных дождевых червяков малой протяженности.

          Заметьте — не в двух бабочек, не в двух добрых фей и не в два куска пармезана. В двух червяков, и только.

          И распилив на части глобальную капиталистическую экономику мы не получим ничего, кроме маленьких капиталистических экономик. Они будут нагружены всеми проблемами, присущими прародительнице. Ни одна из них решена не будет, да и подобной цели перед собой инициаторы распила не ставят. Суть здесь такова — капитализм по своей природе может только расти, а сейчас он достиг пределов роста, обозначенных размерами планеты, начал болеть и вот-вот сдохнет. Это неизбежно. Однако можно оттянуть конец, поделив мир на несколько частей. С экономикой при этом будет то же самое, что с червяком из примера выше. Больно, но не смертельно. А потом, по задумке многополярников, можно бесконечно долго поддерживать стабильность возникшей системы за счет конкуренции отдельных ее сегментов друг с другом.

          Собственно, в общих чертах это будет воплощенный «1984» Оруэлла, только не на социалистической, а на капиталистической основе, и с телевизорами вместо телекранов. Образуется несколько импероподобных образований с развитым центром и забитой, угнетенной периферией, враждующих за «ничейные земли», на которых вообще будет царить полный хаос. И это в случае успеха. Если передел пройдет более-менее по плану, с несколькими серьезными региональными бойнями, но без всеобщей мировой бойни, без массированного применения ядерного оружия и сползания в хаос всего мира.

          Извините, больше ничем порадовать не могу. Кардинально поменять мировой порядок можно лишь сменив общественный строй, а его-то как раз менять по доброй воле никто не собирается. После капитализма может быть только социализм — подумайте, насколько хочется туда господам капиталистам. Они скорее согласятся на откат в феодализм. Отдельные неадекваты уже туда и стремятся. Современная ситуация на Украине в этом плане очень показательна.

          Теперь рассмотрим в подробностях, кто такие многополярники. Это поумневшие глобалисты, продвигающие проект консервации капитализма. Их противники — глобалисты не поумневшие. Те и другие — представители крупнейших финансово-промышленных кланов.

          Вольные (или невольные) союзники первых и непосредственные исполнители плана многополярного мира — государственники, вроде нашего Путина, который хочет превратить Россию в лидера своего региона. Это даст стране шанс избежать участи периферии, или, что гораздо хуже, «ничейной земли», которую грабят все кому не лень. Если нам совсем повезет, Путин по дороге еще и передавит часть наших олигархов, которые, к слову сказать, совсем оборзели.

          Союзники вторых — либералы. Типичный пример — Ангела Меркель, которая готова по указке США вогнать Германию (готового лидера региона) хоть в гроб и настырно гадит в карман собственному государству и всему Евросоюзу.

          Замечу, что, по моему мнению, непосредственное влияние на мировую политику крупных финансово-промышленных кланов сильно преувеличено СМИ и конспирологами. Несмотря на несомненные успехи в этой области, треклятая закулиса по-прежнему действует большей частью опосредованно, через национальных лидеров. Которые, как ни странно, во многом зависят от народа — даже в недемократических странах. Следовательно, основными игроками на поле остаются национальные государства. Усилия глобалистов на то и направлены, чтобы это барьер преодолеть. В частности, с помощью тех же СМИ, всячески подчеркивая слабость неугодных лидеров, их коррумпированность, связь с организованной преступностью и так далее, — как будто с подконтрольными глобалистам лидерами дела обстоят как-то по-другому.

          Политику отдельных государственных деятелей могут поддерживать (а могут действовать с нею вразрез) финансисты и промышленники помельче, имеющие, так сказать, более-менее крепкую национальную привязку. То есть, внутри отдельных стран тоже есть свои многополярники и глобалисты. Наверное, каждый слышал о так называемых «олигархах Путина», и наших «либеральных олигархах». Все знают, что в Германии, Франции, да и в США с официальной либеральной линией согласны не все и не всегда. Во-первых, и в наше время не перевелись умные люди, понимающие, что неизбежная в целом глобализация стартовала рановато. Во-вторых, мелкие хищники, уютно чувствующие себя в личном овечьем загоне, боятся, как бы за его пределами их не сожрали хищники крупные. Обоснованно боятся. Чем и объясняется их лояльность странам приписки.

          Какая вообще разница между глобалистами и многополярниками? Примерно такая же, как между кровопийцами и кровососами. Кровопийцы, как следует из названия, жаждут выпить из населения планеты всю кровушку залпом, не задумываясь, что потом сдохнут с голоду. А кровососы согласны потихоньку сосать кровь из отдельных народов, прикрывая свой аппетит проповедью общественной пользы донорства.

          Получат ли простые люди ощутимое преимущество, деятельно встав на сторону многополярников?

          Несомненно. Жители США, скажем, заимеют нормальную страну вместо жандарма с дубинкой, слоняющегося по миру с единственным интересом навернуть очередного клиента по башке. Ладно бы он наворачивал с пользой для всех штатовских подданных — так ведь жандарм в основном выбивает деньги для немногих избранных семей, члены которых даже не все американцы. И обмундирование жандарма дорого стоит. Подсчитано, что на доллары, потраченные на войну в Ираке, можно было бы покрыть крыши всех домов Соединенных Штатов солнечными батареями. А это все деньги американских налогоплательщиков.

          Жители капиталистической полупериферии тоже получат более-менее нормальные государства, которые больше не будут вынуждены выплачивать дань гегемону — ресурсами, бегущими в гегемонию специалистами и утекающими к черту на ярмарку лучшими мозгами страны. Наконец, национальные элиты смогут не выплачивать дань деньгами. Последнее особенно важно — не исключено, что при обилии средств, изымаемых из карманов граждан, местные кровососы станут добрее и направят толику этих средств обратно гражданам в виде социальной помощи.

          По-прежнему тухло будет лишь в странах современной периферии, которые не воспользуются случаем вылезти наверх среди всеобщего бардака. Они так и останутся периферией — но уже какого-либо региона.

          Что мы получаем применительно к России? Примерно вот что.

          Она, при удачном стечении обстоятельств, станет центром Евразийского союза, то есть заступит на должность регионального жандарма с дубинкой. Дубинка и прикид жандарма, как мы знаем, стоят немало, и солнечных батарей вместо шифера нам на своих крышах не видать. Лет через тридцать нас в Евразийском союзе будут любить и уважать так же, как в современном мире любят и уважают Америку. Деньги с окраин страны как текли в Москву, так и будут течь, подпитывая благосостояние наших избранных семей, члены которых русские далеко не все. Безработица как была, так и останется. Образование как гнобили, так и будут гнобить, потому что шибко умные люди внизу ни к чему, а наверху и так знают, где и как учить своих детей.

          Правда, у нас будет сильная армия, и японцы больше не посмеют закатывать истерики по поводу визита российского президента на российский же остров Кунашир. Мы сможем невозбранно расставлять «искандеры» не только под Калининградом, но и кое-где подалее. Наши специалисты будут предпочитать оставаться в России, а не уезжать за рубеж. Для безработных, возможно, даже введут что-то вроде вэлфера.

          Конечно, нам не избежать проповедей, обосновывающих общественную пользу донорства. В ближайшем будущем нам будут активно прививать инициативность, чувство личной ответственности за все происходящее и гордость за свою страну. Без идеологии не может жить вообще никакое государство, а государство-лидер обязано не только насаждать идеологию внутри страны, но и активно продвигать ее вовне. К бабке не ходить — вскоре многие россияне будут поднимать триколор на флагштоке перед своим домом с тем же чувством, с каким американцы поднимают свой звездно-полосатый. Крым наш, Новороссия станет наша, все будет наше, и это наше будет наше все!!! Мы все вместе и дружно начнем поднимать экономику страны, работая на ее и собственное благо, а каждого школьника обяжут знать гимн наизусть.

          Кто-то обязательно спросит: а это что, так плохо — жить в сильном государстве?

          Нет, не плохо. Я уже сказал, что быть ничейной землей или полуколонией гораздо хуже. Однако надо помнить, как сильные государства создаются и как они кончают.

          США сейчас — очень сильное государство. Но в 2010 году 46 000 000 (сорок шесть миллионов) жителей США сидели на продуктовых карточках и бесплатных обедах. В стране на 2014 год насчитывается от двенадцати до пятнадцати миллионов бомжей. Как минимум половина из них — бывшие представители среднего класса, еще недавно проживавшие в двухэтажных особняках с гаражами на две машины. Существования трех четвертей этих бомжей власти США попросту не признают, денег на них не выделяют, а когда выделяют, то для того, чтобы сносить бульдозерами стихийно возникающие палаточные городки.

          СССР был очень сильным государством, и мы в нем жили. Немного раньше сильным государством была Великобритания.

          И не забывайте, что мы пока говорим о будущем. Россия настоящего немного другая. Наш ВВП меньше американского в десять раз, а экономический потенциал на случай войны меньше аналогичного потенциала НАТО в шестьдесят.

          Естественно, у нас есть ядерное оружие. Однако оно считалось «оружием сильных» в прошлом веке. Сейчас это, скорее, оружие обреченных. На крайний случай, когда терять уже нечего.

          Сильную страну нам еще предстоит создать, и строить ее будут не за счет избранных ста семей, в руках которых сегодня находится треть национальных богатств, не за счет их прихлебателей, которые загребли остальное, а за счет медсестры из Саратова, рабочего с Урала и мелко-среднего московского предпринимателя. А вот пользоваться результатами будут в основном те самые сто семей.

          Это продиктовано, во-первых, интересами крупного бизнеса, которому плевать на все остальное.

          Во-вторых, крупный бизнес просто нельзя слишком сильно потрошить — в современной мировой политике он сплошь и рядом используется как оружие, причем более сильное, чем ядерное.

          В-третьих, грабить бедных гораздо легче и безопаснее, чем богатых. Это понимала даже мелкая тупая хищница Скарлет из романа Маргарет Митчел. Тем более это понимают реальные кровососы с кровопийцами.

          В-четвертых, сама капиталистическая система диктует накопление капиталов в руках узкой группы лиц. И в рамках системы это неисправимо.

          Выбор между плохим и хорошим у нас только в будущем, если вообще будет, а пока нам придется выбирать между плохим и очень плохим. Многополярники правы — более гуманного способа стабилизации обстановки в мире придумать невозможно, просто потому, что его не существует. Передел мира все равно произойдет — это связано с естественным численным ростом элит, разожравшихся и расплодившихся внутри неестественно раздутого финансового пузыря. У нас, в России, демографический взрыв среди кровососов изначально был связан с постперестроечным разграблением страны, что и вызвало запредельный рост их популяции. Богатых стало очень много, а ресурсов на планете осталось столько же. А что делают богатые, когда леденцов на всех не хватает? Сперва они выдавливают последние соки из простых людей. Потом начинают драться — на армиях, состоящих из тех же простых людей.

          Выходит, от нас, этих самых «простых», ничего не зависит?

          Еще как зависит.

          Если бы не зависело, не нужна была бы бешеная пропаганда в СМИ, не нужна была бы информационная война в Интернете. Не нужно было бы элитам разных сортов перетягивать на свою сторону народ, все решили бы без нас.

          Я так скажу: если завтра на улицы России выйдут десять миллионов человек с требованием перевешать олигархов на зубцах кремлевской стены, Путин окажется вынужден повесить хотя бы нескольких.

          Если те же десять миллионов потребуют сбросить Путина — его сбросят.

          Беда в том, что революция в деле общественного переустройства такое же крайнее средство, как война — крайнее средство в политике. И такое же неэффективное в долгосрочной перспективе. И подразумевающее на первом этапе откат назад вкупе с многочисленными человеческими жертвами. Достаточно самого поверхностного знания истории, чтобы превратиться в законченного реформиста, а то и тормоза-консерватора.

          А вот если десять миллионов человек внезапно оторвутся от телевизора с ВКонтактом и прочих тяжелых наркотиков, забудут о надежде заработать на Форекс, оставят мысли о том, что светлое будущее наступит само или его можно получить, потоптавшись чуток на майдане любого размера и местоположения, займутся самообразованием, научатся разбираться в сортах элит и начнут последовательно, изо дня в день, из года в год, требовать от чиновников всех уровней соблюдения своих действительных прав — требовать со знанием дела, не опуская перед ними стыдливо глазки, не отступая перед угрозами, не давая заткнуть себе рот мелкими подачками, — вот это для любой власти будет действительно страшно. Гораздо страшнее любой революции.

          Изложенная в предыдущем абзаце программа вполне фантастична, но мне простительно — я в основном фантастику и пишу. Поэтому, когда берусь рассматривать серьезные вопросы, иногда не могу удержаться от размышлений на вольную тему после слова «если».

          Однако в целом стараюсь оставаться реалистом. Чего и вам желаю.